Если вы заказали уборку в клининговой компании или через юду — приехала уборщица, оказала услугу (убралась), получила деньги, уехала. Но если государство организует департамент уборки жилых помещений — государственная уборщица никуда не уедет. Сперва она будет убираться, и даже будет делать это хорошо. Затем получит дополнительные полномочия и начнёт регулировать ваши действия по загрязнению квартиры. Далее вам придётся согласовывать с ней проведение вечеринок, потому что это создаёт дополнительную нагрузку на оплаченную налогоплательщиками работу департамента. Параллельно Соловьёв, Шеин и Скабеева будут демонизировать частных уборщиц по телевидению, силовики начнут фабриковать на них дела, в конце концов Путин подпишет указ, согласно которому уборка квартир лицензируется, и для покупки пылесоса придётся получать кипу идиотских бумажек. Для контроля над всей этой поебенью создадут ещё два департамента. Затем – министерство. Потом – нацпроект. Как вы понимаете , в результате всё равно самостоятельную уборку в конце концов объявят незаконным и опасным самоуправством (иначе ведь выяснится, что никакие департаменты не нужны) и запретят.
Вот это и происходит со всеми хорошими низовыми патриотическими инициативами, и будет происходить дальше, пока мы сами будем ратовать за «сильную руку внутри государства». На выходе будет не «карающая врагов народа длань», а вот это вот «согласование квартироуборочных мероприятий». Великие державы создаются совершенно иначе.
Государство должно быть сильным в своих государственных вопросах, где сил граждан недостаточно, и только там. Например, ведение военных действий против других государств. В остальных сферах жизни оно должно лишь не мешать, а если действовать, то крайне деликатно и аккуратно, «сами разберутся». Образцом государства должен быть не ссанный совок, а историческая Российская Империя, где государственный аппарат был сведён к минимуму. Иначе государство потеряет авторитет и будет в конце концов объектом всеобщего презрения (что постепенно и происходит).
Русские (великоросы, малоросы, белорусы) на 1939 г. составляли 78% населения СССР. При этом потери русских военнослужащих в ВОВ составляют более 85% от общих потерь СССР.
Великоросы понесли наибольшие потери как в абсолютном, так и в процентном соотношении.
Статистика наглядно свидетельствует о том, кто на самом деле одержал победу.
Помните. Не было никакой многонациональной победы многонационального советского народа. Была великая победа русского народа против иноземных захватчиков.
Что у России были самолеты (даже у советской) алкобольшевик как всегда не в курсе.
Впрочем что взять с клиента, который учил, что в Российской Империи было 85% неграмотных.
P.S. Великую Отечественную, конечно, выиграл Николай II.
Его заводы.
Его железные дороги.
Его артиллерия.
Его линкоры.
Его форты и батареи.
Его офицеры и унтер-офицеры.
Но меднолобым ленинистским лбам этого не объяснить.
Им жизненно важно украсть у русских победу, чтобы приписать ее себе.
А это им, точнее их лондонским хозяевам, нужно, чтобы потом разозленные русские выбросили победу вместе с коммунистами.
Что было в голове у Сталина мы сказать, конечно, не можем. Я думаю, что он, безусловно, вспоминал о Ленине, но ленинский опыт в этой войне был неактуальным. И Сталин волей - неволей обращался к царскому опыту времён ПМВ. Это выражается, например, в организации управления армией: вместо РВС в 1941 г. создаётся Ставка верховного главнокомандования, а Сталин занимает должность Верховного главнокомандующего (Ленин никогда главковерхом не был, зато им был другой правитель России).
Егор Холмогоров написал базированный текст о текущей ситуации:
Самое главное требование момента сейчас - это солженицынское "Жить не по лжи". Детали там может и другие, но суть та же.
Мы изолгавшееся на всех уровнях общество и это нас убивает.
Начальство хочет гладких докладов. Начальство хочет, чтобы не шумели и не шатали.
Ему лгут сверху до низу. На основе лжи принимаются ошибочные решения. Чтобы ложь не вскрылась при не-исполнении ошибочных решений - лгут еще больше. И запрещают больше чтобы не вякали.
Поскольку никому не хочется быть уволенным-заблоченным-посаженным (мне тоже) все играют в бесконечную лаосскую молчанку, сгорая от мьянманского стыда.
И ужас в том, что выход из режима жизни по лжи, сулит лишь большая катастрофа. Но цена этой катастрофы может быть такова, что может такой ценой нам и не надо выхода, а лучше лишь эту катастрофу оттягивать. Да и правда, как мы знаем, убивает не хуже лжи. И мы опять втягиваемся в самоудушение ложью.
Где и когда этот порочный круг порвется - не берусь даже предсказывать.
Но давайте возьмем себя в руки и начнем хотя бы снижать концентрацию лжи.
Откажемся от бахвальства
("Бразильский журнал признал ВС РФ лучшей армией мира").
Откажемся от пустых неисполнимых угроз и обещаний
("Если попадут в 88 камень в 14 ряду на брусчатке - вот тогда вот уж мы Ууу")
Уймем платный цирк, который любую непарадную информацию объявляет "фейками об армии"
("Только ЦИПСО заявляет, что у нас проблемы со связью")
Этого, конечно, далеко не достаточно, чтобы разорвать круговую поруку лжи, но с этого хотя бы можно начать.
Но представьте себе типичного студента из Государственного Университета Управления, будущего мэра Москвы или министра иностранных дел, какого-то Мастурбека Иблоева или Мухосрона Ишакибаева, с его подлой «шуткой» о том, что в Москве «слишком много русских».
И есть у него покровитель — КВНщик на всю слабенькую голову проректор по молодежной политике ГУУ Павел «слишком много русских» Павловский.
И вот им шутится, подлецам, что на этом белом свете «слишком много русских».
И в Государственном университете управления никто не удивляется, не возмущается, не протестует против очевидного бытового расизма.
А 9 мая мы все пойдём к памятникам и будем читать десятки, сотни, тысячи, миллионы русских фамилий...
И этих фамилий столько, что слёзы из глаз — и там, в братских могилах Великой Отечественной и всех войн лежит много русских, очень много русских, слишком много русских...
Слишком много русских погибло на войнах, чтобы мы позволяли коричневым зверькам из государственного университета управления ржать, что нас слишком много.